Журнал "Экономическая теория преступлений и наказаний" №6 //
   Экономическая теория права.

Право и экономическая теория(1)
Д. Фридман

Энциклопедический словарь "The New Palgrave: A Dictionary of Economic Theory and Doctrine" является одним из наиболее авторитетных современных энциклопедических изданий по экономической теории. Прелагаем сделанный с минимальными сокращениями реферат статьи американского неоинституционалиста Дэвидом Фридманом, посвященной изложению парадигмы "экономической теории права" (Law and Economics).

"Экономический анализ права подразумевает три отдельных, но взаимосвязанных элемента, - пишет Д. Фридман. - Первый - это использование экономической теории в целях определения эффекта правовых норм. Второй - привлечение экономической теории для определения экономической эффективности правовых норм, чтобы выработать рекомендации по дальнейшему их использованию. Третий - применение экономической теории для того, чтобы определить, какими должны быть правовые нормы. Итак, первое связано с теорией ценообразования, второе - с экономической теорией благосостояния, третье - с теорией общественного выбора" (с. 144).

Определение экономического эффекта права. Экономический анализ реальных эффектов правовых норм показывает, что в большинстве случаев он радикально отличается от эффекта, предполагаемого неэкономистами.

Автор статьи рассматривает в качестве примера ситуацию, когда муниципалитет города принимает постановление, обязующее владельцев недвижимости предоставлять своим арендаторам три месяца отсрочки, прежде чем прерывать срок аренды, причем даже в случае заключения договора на меньший срок. Кажется, что главную выгоду от этого постановления должны получить арендаторы, выигрывающие материально, поскольку они имеют гарантированный срок пребывания, а владельцы недвижимости материально проигрывают, так как им теперь труднее выселить нежелательных арендаторов.

С экономической точки зрения, однако, ситуация гораздо сложнее. Хотя арендатор выиграет вследствие твердых гарантий срока владения, но проиграет от повышения цен за аренду. Землевладелец же проиграет в связи с повышением трудности расторжения договора об аренде, но выиграет на повышении арендной платы. Дело в том, что принятое решение сдвинет вверх и кривую спроса на жилье (для квартиросъемщиков условия стали более привлекательными), и кривую ее предложения (повысились издержки владельцев недвижимости). Можно легко найти примеры, в которых такое регулирование ухудшает положение и домовладельцев, и арендаторов, когда рыночная арендная плата возрастет более чем достаточно, чтобы погасить выгоду квартиросъемщиков от увеличения сроков аренды, но слишком незначительно, чтобы компенсировать потери домовладельцев. Можно также подобрать примеры, в которых обе стороны материально выигрывают, потому что регулирование снижает их затраты на ведение переговоров.

Таким образом, экономический анализ радикально изменяет понимание задач правового регулирования, заменяя вопрос защиты или притеснения какой-либо социальной группы (в данном случае - вопрос помощи квартиросъемщикам за счет домовладельцев) другими, гораздо более сложными проблемами.

Итак, при изучении явлений, когда обе стороны связаны контрактом и ценой, первой и важнейшей задачей экономической теории является определение влияния юридических изменений каких-либо условий контракта на рыночное ценообразование.

Иная ситуация складывается при анализе таких явлений, как аварии или преступления, когда никто не заключает контрактов и нет никаких цен. В таких случаях задачей экономиста является "точное выявление рациональных элементов при определении последствий, которые принято считать иррациональными и непредсказуемыми" (с. 144).

Проанализируем такое явление, как автокатастрофа. Хотя водитель не предполагает возникновения аварии, он имеет много шансов попасть в нее. Выбирая скорость езды, решая, смотреть ли на дорогу или разговаривать с пассажиром, водитель далеко не всегда учитывает возрастающий риск автокатастрофы. Он будет обеспечивать свою безопасность лишь в том случае, когда речь пойдет о его доходах. В частности, американский экономист С. Пельцман доказал, что "машины, имеющие более высокую степень безопасности, провоцируют небрежное автовождение, а снижение показателя смертельных исходов в авариях перевешивается возрастанием числа аварий, так как водители предпочитают ездить с большей скоростью и с меньшей осторожностью, будучи уверены в том, что их риск оправдан"(2) (с. 144). Если водитель будет знать, что он ответственен за последствия любых несчастных случаев, к которым окажется причастен, то он будет это учитывать, принимая решение, насколько осторожно он должен двигаться. Элизабет Ландес, изучая изменения в системе автострахования (внедрение принципа "никаких ошибок"), пришла к выводу, что уменьшение ответственности увеличивает показатели смертности в автокатастрофах примерно на 10 - 15%(3).

Изучение катастроф с такой точки зрения очень важно, потому что правовые нормы направлены как на их предупреждение (скоростные ограничения), так и на определение виновной стороны при их возникновении. Степень ответственности и осознание водителем того факта, что ему придется платить в случае виновности в аварии, заставляет его вести машину с расчетом снизить степень риска. Ограничения же, например, дозволенной скорости не повлияют в такой степени на поведение водителя, в том числе на его внимание.

Если катастрофа имеет элемент непредсказуемости, то с преступлением дело обстоит иначе. Экономический анализ преступности основан на предположении, что решение стать преступником - рациональное решение, подобно решению выбрать любую другую профессию. Изменения правовых норм, повышающие степень вероятности наказания преступника или увеличивающие сроки наказания, снижают показатели преступности - такова концепция, отстаиваемая, например, американским экономистом-криминологом Айзеком Эрлихом(4).

Другая область права, где применение экономического анализа стало достаточно традиционным, - это антимонопольное регулирование (antitrust). Важным вкладом экономической теории, например, стало утверждение, что некоторые элементы антимонопольного законодательства основаны на неправильном восприятии того, как фирмы получают и поддерживают монополистическую власть. В частности, Д. Мак-Ги показал(5), что если бы рокфеллеровская "Standard Oil" пыталась поддерживать свое рыночное положение, будучи самой хищной среди более мелких, но одинаково эффективных конкурирующих с ней компаний, то ее усилия скорее всего потерпели бы провал. Крупные активы этой фирмы требовали крупных же объемов продаж, и если бы она осуществляла демпинговые продажи по цене ниже себестоимости, то ее ожидали большие потери. Даже если меньшая фирма обанкротилась бы первой, оставшиеся после нее предприятия были бы куплены каким-либо новым конкурентом. На основе изучения данных антимонопольных разбирательств против "Standard Oil" Мак-Ги пришел к выводу, что демпинговое ценообразование (predatory pricing), в котором обвиняли в начале XX в. фирму Рокфеллера, - это миф. На самом деле Рокфеллер утвердил свое положение, просто скупая компании конкурентов, причем обычно по высоким ценам.

Суть позиции экономистов по поводу антитрестовского регулирования заключается в том, что метод, когда новые фирмы врываются в ранее существовавшие рынки, используя низкие цены, чтобы стимулировать потенциальных клиентов приобретать их изделия, - это весьма эффективный метод конкурентной борьбы. Если запрещать подобные действия, это ослабит соревнование и будет поощрять монополию, хотя закон направлен именно на то, чтобы ее предотвращать.

Эффективность правовых предписаний. Привлечение экономического анализа для определения силы воздействия какого-либо закона восходит к простой, но спорной предпосылке: единственной функцией закона является обеспечение экономической эффективности, повышения которой можно добиться путем каких-либо правовых ограничений.

Если экономическая эффективность является именно той целью, на которую необходимо ориентироваться, то при анализе разнообразных правовых норм могут быть использованы основные подходы экономической теории благосостояния (welfare economics).

Например, при заключении свободного контракта (договора об аренде или любого другого), подразумевающего включение условий, основанных на взаимном согласии, функция законов заключается в предусмотрении факта невыполнения обязательств и установления ряда условий, обязывающих обе стороны точно оговаривать все пункты контракта.

Важным моментом такого анализа является изучение законов об ответственности за качество продукта для выяснения того, как изменения ответственности за качество продукта влияют на соответственное изменение рыночной цены. Изменение закона об ответственности изменит нужды и продавца, и покупателя, а также решения, которые они будут принимать во избежание нанесения урона, вызванного плохим качеством приобретенного продукта.

Если вынуждать покупателя оценивать качество изделия, прежде чем он покупает его, т. е. использовать правило caveat emptor ("пусть стережется покупатель"), то это даст продавцу весьма слабый стимул предотвращать дефекты, так как он будет нести расходы по контролю качества товара, не получая никакой выгоды. С другой стороны, правило caveat venditor ("пусть стережется продавец") обеспечивает продавцу соответствующий стимул, так как он будет вынужден оплачивать ущерб, понесенный покупателями от использования дефектных товаров. Однако это правило не дает покупателю особого стимула самому следить за качеством приобретенного товара и минимизировать ущерб от возможных дефектов (например, ведя автомобиль, не давить слишком сильно на тормоза, ранее работавшие вполне исправно). Вероятно, оптимальным было бы некоторое промежуточное правило, типа совместной ответственности за небрежное использование дефектного товара, когда производитель дефектного товара может защищаться против иска, доказывая, что несчастный случай частично произошел в результате неблагоразумного использования товара покупателем.

Другая область экономикоправовых исследований, где постоянно поднимается проблема эффективности правовых норм, - это законы, регулирующие деятельность корпораций. Здесь центральной проблемой является такое структурирование контрактных отношений, которые регулируют деятельность корпорации, которое оптимизировало бы взаимоотношения принципала и агента, связанные с разделением собственности и управления.

Теорема Коуза. Все ранее обсуждавшиеся примеры экономического анализа права подразумевают привлечение экономической теории для анализа правовых проблем. Однако есть область, в которой взаимодействие права и экономики привело к созданию новой экономической теории. Ее основные положения нашли отражение в работах Рональда Коуза и завершились открытием так называемой теоремы Коуза.

Р. Коуз доказал, что, например, в случае использования железнодорожной компанией локомотивов, высекающих искры при движении, без учета того, что они могут вызвать пожары в близлежащих кукурузных полях, ущерб не может считаться нанесенным действиями одной из сторон, а скорее вызван несовместимыми действиями обеих сторон. Пожары происходят и от того, что железнодорожная компания пускает локомотивы, высекающие искры, и от того, что фермеры засевают пожароопасными зерновыми культурами поля, находящиеся вблизи железнодорожного полотна. Целесообразным решением может быть и усовершенствование локомотивов, и засеивание полей другими зерновыми культурами. Традиционные налоги Пигу, которые возлагаются на железную дорогу, на самом деле приводят к неэффективному результату.

Анализ Коуза доказывает, что в подобном случае единого решения не существует. Законодательный орган, принимающий законы, не может знать, какая из сторон в каждом конкретном случае будет способна решить проблему при наиболее низких затратах. Даже если принять закон об ответственности той из сторон, для которой устранение негативных экстерналий связано с наименьшими затратами, остается проблема оценки затрат. Каждая сторона конфликта имеет стимул завысить издержки своих возможных действий, чтобы сделать другую сторону ответственной за предотвращение ущерба.

Результатом анализа этой коллизии как раз и стала теорема Коуза, которая заявляет, что в мире нулевых трансакционных издержек любое первоначальное распределение прав будет вести к эффективному конечному результату. Этот вывод важен не потому, будто мы на самом деле живем в мире нулевых трансакционных издержек, а потому, что теорема Коуза позволяет найти новые способы разрешения многих вполне реальных проблем.

Пути совершенствования права. Экономический анализ права (как и любого другого явления) можно рассматривать как попытку не только охарактеризовать существующее положение вещей, но и попытаться спрогнозировать, каким это явление станет. В экономике права есть два подхода к этой проблеме.

С одной стороны, существует позиция Ричарда Познера, согласно которой существующее право по разным причинам изменяется так, чтобы постепенно становиться все более эффективным в экономическом смысле.

С другой стороны, приверженцы теории общественного выбора (public choice theory) рассматривают законодательство, административные и общественно-правовые нормы как продукт политического рынка, на котором заинтересованные стороны ищут способы защиты личных интересов за счет государства. При этом желание какой-либо из сторон изменить закон в свою пользу зависит не только от выгоды, приносимой законом данной стороне, но и от ее способности разрешать проблемы общественного благосостояния и способности привлекать ее членов к сотрудничеству.

Заключительные замечания. В заключение своей статьи автор формулирует некоторые общие выводы о развитии экономической теории права.

Во-первых, экономисты стремятся отойти от привычных соображений по поводу справедливости, правосудия, честности, обсуждая вместо этого проблемы эффективности. Они утверждают, что при оценке того или иного закона следует обращать внимание не на то, как он будет действовать в отдельных случаях, а на то, как он повлияет на поведение людей, знающих законы и рационально планирующих свои действия.

Во-вторых, экономический анализ часто обнаруживает существование убедительных аргументов для обоснования многих устоявшихся правовых норм, исходя, однако, не из традиций правового порядка, а из соображений эффективности.

В-третьих, экономистам удается принимать во внимание те факты сложных взаимоотношений, которые могут быть не замечены другими аналитиками. Это помогает сделать анализ более глубоким и точным.

Последним и важнейшим выводом является то, что экономический подход обеспечивает единство отдельных отраслей права, которое часто отсутствует в традиционном правовом анализе.


(1) Составлено по: The New Palgrave: A Dictionary of Economic Theory and Doctrine / Ed. by John Eatwell, Murray Milgate and Peter Newman. Macmillan, 1987. Vol. 3. P. 144-147.

(2) Peltzman S. The effect of automobile safety regulations // Journal of Political Economy. 1975. Vol. 83. № 4. Р. 677-725.

(3) Landes E.M. Insurance, liability and accidents: a theoretical and empirical investigation of the effect of nofault on accidents // Journal of Law and Economics. 1982. Vol. 25. № 1. April. P. 49-65.

(4) Ehrlich I. The deterrent effect of criminal law enforcement // Journal of Legal Studies. 1972. Vol. 1. № 2. Р. 259-276.

(5) McGee J.S. Predatory price cutting: the Standard Oil (N.J.) case // Journal of Law and Economics. 1958. Vol. 1. October. P. 137-169.