Журнал "Экономическая теория преступлений и наказаний" №4 //
   "Теневая экономика в советском и постсоветском обществах".

“Чтобы тебе жить на одну зарплату!”: сравнительный анализ теневой экономики в странах Восточной Европы(1)
С. Сэмпсон

Статья датского антрополога Стивена Сэмпсона (Институт этнологии и антропологии, Копенгагенский университет) посвящена сравнительному изучению социальных и политических последствий развития теневой экономики в социалистических государствах Восточной Европы. Указывая на универсальные черты развития теневых экономических отношений в странах социалистического лагеря, автор статьи подчеркивает существенные различия между ними в масштабах, формах и функциях неофициальной экономики, объясняя эти различия культурными и политическими особенностями развития разных соцстран.

Природа внеплановой экономики

В странах Восточной Европы, относящихся к социалистическому лагерю, официальная экономика имеет ряд характерных черт; она:

  1. планируется государством;
  2. регулируется государственными органами;
  3. статистически подотчетна и управляема;
  4. основана на деятельности общественных или государственных предприятий.

Два наиболее часто используемых определения социалистической теневой экономики, данные Грегори Гроссманом и Майклом Маррезе, построены на контрасте с этими характеристиками.

Согласнo Г. Гроссману(2), теневая экономика должна отвечать хотя бы одному из двух частично совпадающих определений:

  • носить частный характер (что для определенных видов деятельности может быть в СССР законным);
  • носить в определенном отношении незаконный характер, являясь при этом деятельностью частного или социалистического сектора.

Определение теневой экономики по М. Маррезе(3) также включает все нерегулируемые (законные и незаконные) элементы экономической деятельности в государственных и кооперативных организациях плюс все неучтенные виды деятельности плюс все формы частной (легальной, полулегальной, нелегальной) экономической деятельности.

В обоих случаях социалистическая теневая экономика определяется в противопоставлении с идеализированной официальной экономикой, имеющей четы-ре вышеперечисленные характеристики. Поскольку оба определения пытаются охватить слишком много несовместимых явлений (торгующие собственной продукцией крестьяне, уличная спекуляция, взятки оптовикам за поставку товара и т. д.), они не учитывают основной характеристики теневой экономики – того, что она лежит за пределами системы планирования. Теневая экономика – это внеплановая деятельность, не учитываемая в процессе планирования и официально не санкционированная как часть национальной экономики.

Вопрос о законности или незаконности является производным, в зависимости от того, что именно из внеплановой деятельности может быть объявлено незаконным. Более того, многие виды незаконной деятельности осуществляются на самих социалистических предприятиях для обеспечения их надлежащего функционирования (Питер Вилис определил это явление как “благотворное нарушение плана”(4)).

В чем разница между официальной и теневой экономикой в странах Восточной Европы?

Для венгерского экономиста Питера Галази(5) разница заключается в управлении и регулировании. Официальная экономика “напрямую” управляется государством, а теневая экономика лишь регулируется (тоже планируется, но иным образом). “Легальные предприятия – фабрики, магазины, колхозы – должны постоянно обращаться за помощью к теневой экономике для выполнения своих собственных планов” (с. 137). Это может означать либо легальную теневую деятельность (продажа товара или работа через посредника), либо чисто нелегальную деятельность (взятки, вовлечение в коррупцию или иную деятельность, не имеющую ничего общего с выполнением плана). В той мере, в какой госпредприятия взаимодействуют с теневой экономикой, их деятельность тоже регулируется ограничениями, а не управляется путем государственного планирования. Точный характер регулирования будет меняться от страны к стране в зависимости от политических, культурных и социальных факторов.

Исходя из различий между управлением и регулированием, С. Сэмпсон подчеркивает, что теневая экономика вовсе не является “островком капитализма”, а остается неотъемлемой частью социалистической экономики. Экономика стран Восточной Европы может быть представлена как дуалистическая экономика, действующая в двух секторах: “управляемом” секторе, который возглавляется бюрократией и зависит от рынка, и “регулируемом” секторе, управляемом рынком, но сдерживаемым бюрократией и правовой системой. Например, более эффективное планирование в Восточной Германии и Чехословакии означало меньшую активность теневой экономики по сравнению с более “приватизированными” Венгрией и Польшей, а также с менее эффективной экономикой СССР, Болгарии и Румынии.

Теневую экономику в самом широком смысле можно поэтому определить следующим образом: это легальное частное производство, состоящее в основном из сельскохозяйственного производства, нерегулируемые или нелегальные рыночные отношения, основанные на спекуляции, взяточничестве, продаже товаров и услуг за цены сверх установленных; различное нелегальное перераспределение материальных ценностей на основе мелкого хищения из соцсектора; работа по совместительству и неучтенная работа, незаконное частное производство на подпольных фабриках; различные способы, используемые социалистическими предприятиями для изменения или искажения действительных показателей плана.

Всю экономику социалистических государств можно представить следующим образом ( см. табл. 1).

Таблица 1

Сектора социалистической экономики

“Управляемая” (официальная) экономика

  1. Регулярная экономика

А. Социалистический сектор

  1. Государственные предприятия
  2. Кооперативные предприятия
  3. Государственные перераспределительные структуры

“Регулируемая” (вторая) экономика

Б. Частный сектор

  1. Индивидуальное производство
  2. Индивидуальная торговля и услуги

  1. Криминальная экономика

А. Криминализированные нелегальные предприятия (например, “подпольные” цеха)

Б. Допустимые нелегальные частные предприятия (например, теневая экономическая деятельность в пределах социалистического сектора)

  1. Неформальная экономика

А. Работа по совместительству (нелегальный труд за зарплату)

Б. Махинации, мелкие хищения (нелегальные доходы)

В. Спекуляция (нелегальные рыночные отношения)

Г. Социальная экономика

  1. Бартер
  2. Домашнее хозяйство (например, частное производство в сельском хозяйстве для самопотребления)
  3. Коммунальная экономика (когда производитель не является потребителем)

Для сравнения автор статьи показывает структуру капиталистической экономики, которая выглядит, согласно модели С. Генри(6), следующим образом (см. табл. 2).

Таблица 2

Сектора капиталистической экономики

Официальная экономика

  1. Регулярная экономика

А. Легальные негосударственные предприятия

Б. Легальные государственные перераспределительные структуры

Вторая экономика

  1. Криминальная экономика (нелегальные негосударственные предприятия)
  2. Неформальная экономика (неофициальная, скрытая, мелкомасштабная)

А. Работа по совместительству (иррегулярная экономика)

Б. Махинации, мелкие хищения (подпольная экономика)

В. Социальная экономика (нерегестрируемые безденежные способы обмена)

  1. Бартер
  2. Домашнее хозяйство (самообеспечение)
  3. Коммунальная экономика (где производитель не является потребителем)

Сравнивая эти две таблицы, можно увидеть как общие черты, так и особенности двух экономических систем. Автор статьи, в частности, подчеркивает, что среда теневой экономики в социалистических государствах совершенно не похожа на среду теневой экономики в странах Запада. Социалистическая бюрократия имеет больше возможностей влиять на теневую экономику, так как она может легализовать, криминализировать или бюрократизировать различные сделки. Второе решающее различие между двумя типами теневой экономики заключается в том, что неплановая экономика при социализме зависит в основном от хищений из госсектора – хищений материалов, рабочего времени, технологий. В западной неплановой экономике они играют значительно меньшую роль. Следовательно, теневая экономика стран Восточной Европы действует на принципах, отличных от регулярного типа экономики, а теневая экономика стран Запада – примерно такая же рыночная, как и официальная.

На Западе теневая экономика может допускаться, так как слишком трудно пресекать ее. При социализме теневая экономика допустима, потому что она может стимулировать неэффективную легальную экономику, а также помогает избегать обострения экономических проблем, перерастающих в политический протест.

Теневая экономика стран Восточной Европы – общее и особенное

Среди стран социалистического лагеря имеются существенные различия в действии теневой экономики на социальном, политическом и индивидуальном уровнях. Общими факторами, стимулирующими развитие второй экономики, являются следующие:

  1. официальное разрешение деятельности частного сектора;
  2. низкая эффективность официальной экономики;
  3. влияние внешнеэкономических факторов (туризм, валютные переводы, валютные магазины);
  4. низкая эффективность госконтроля;
  5. наличие крупного сельскохозяйственного сектора, где основная масса продуктов производится крестьянскими хозяйствами, а не государственными предприятиями. (Этот фактор наиболее ярко проявляется в экономике Югославии и Польши.)

Что касается различий в масштабах и формах развития теневых экономических отношений, то здесь существенную роль играют культурно-исторические факторы (в частности, патронажные связи, традиции дароприношений, компа-ньонства, недоверие к власти и т. д.). Мы находим эти культурно-исторические факторы прежде всего в Польше, балканских странах и южных республиках СССР. Менее всего они заметны в Восточной Германии и Чехословакии, которые были в основном индустриализированы и урбанизированы еще до социалистического переворота.

Далее С. Сэмпсон подробно рассматривает три национальные модели развития теневых экономических отношений – румынскую, советскую и венгерскую.

Румыния: теневая экономика как необходимость. Румынская официальная экономика – самая кризисная среди стран Восточной Европы. С начала 1980-х гг., когда политика тяжелой индустриализации, основанная на импорте западных технологий и энергетического сырья, начала рушиться, уровень жизни в Румынии значительно упал. Для выплаты зарубежного долга и покупки советского топлива Румыния экспортировала большую часть продуктов питания, что привело к нормированию даже основных потребительских благ. Длинные очереди стали обычным явлением. Множество полулегальных и нелегальных услуг расцвели именно благодаря разрушению формальной экономики и подъему подпольных цен.

Легальный частный сектор в Румынии ограничивается мелкими часовыми и обувными магазинами. Большинство таких магазинов выживают только за счет чаевых и взяток за быстрое обслуживание. Сельское хозяйство коллективизировано не полностью: для 300 тыс. индивидуальных хозяйств имеется обязательный объем закупок товара государством, остальное они могут продать на рынке. На городских рынках существуют установленные потолки цен, которые диктуются экономической полицией. В теневой сфере румынская национальная денежная единица (лей) уступила позиции “валюте” в виде американских сигарет марки “Кент”.

После кризиса 1981–1982 гг. объем румынской теневой экономики резко увеличился. В то время как розничная торговля выросла в 1983–1985 гг. на 2%, реальные доходы возросли на 5%. Так как официальные поставки продуктов питания и товаров широкого потребления сильно сократились, люди стали втягиваться в теневую экономику. Меры правительственного давления на частных производителей, призванные заставить их подчиниться расширению государственного контроля за производством, только заставляли крестьян переходить от легально допустимой к нелегальной деятельности.

СССР: теневая экономика как культура. Как и в других странах Восточной Европы, расширение крупных госпредприятий в СССР обеспечивало для многих людей возможность перемещать материалы из формальной экономики в неплановую. Советские граждане поступали так из-за недостатка поставок товаров широкого потребления в условиях растущего потребительского спроса. Отвлечение госпродукции на черный рынок достигло огромных масштабов: туда уходило 80–85% всего топлива, 25% общего улова рыбы, 25% спирта(7). Легальные или допустимые частные предприятия были особенно распространены в кустарном производстве, строительстве и сфере обслуживания.

Источники теневой экономики давали в среднем 12% прибавки к семейному бюджету(8) (сюда также относят репетиторство, спекуляцию, работу по совместительству и другие частные услуги). Главные центры подпольного предпринимательства – это Москва, Одесса, Рига, Тбилиси и т. д. Согласно исследованиям советологов, семьи, которые получали доходы от парикмахерских услуг, чаевых, спекуляции и прочих видов теневой экономической деятельности, не связанной с работой по совместительству или сдачей в аренду своего имущества, добавляли к своей зарплате по 79 рублей в месяц, что примерно соответствовало доходу от двухнедельного легального труда(9). Парикмахеры в Ленинграде и Москве удваивали свои зарплаты за счет чаевых, а в Армении их доход увеличивался даже в 4 раза(10). Важность такого рода побочных доходов демонстрируется общеизвестной русской пословицей – “Чтобы ты жил на одну зарплату!”.

Ключевым моментом эффективной деятельности советских подпольных предприятий является регулирование отношений с планирующими организациями, поскольку они могут сокращать квоты и увеличивать поставки, а также с контролирующими организациями и инспекторами, чтобы они не вмешивались в производство. Хорошие отношения приходится устанавливать с местной экономической полицией, а также с дорожной полицией, которая в СССР контролирует все транспортные артерии.

Венгрия: теневая экономика как социальный стабилизатор. С момента введения нового экономического механизма в 1968 г. Венгрия дальше всех из восточно-европейских стран ушла по пути постепенной легализации теневой экономической деятельности. Суть партийной политики при Я. Кадоре сводилась к следующему: политическая стабильность (в свете событий 1956 г.) может быть достигнута только при условии, что население будет удовлетворено материально.

Рабочим разрешалось подрабатывать после выполнения официальной работы. Согласно официальной статистике, около 70% венгров имеют доходы от второй экономики, включающей частный сельскохозяйственный сектор. В этой стране существует нехватка рабочей силы в социалистическом секторе из-за того, что зарплата в неофициальной экономике в 2–4 раза выше.

Революционна ли теневая экономика?

В заключение своей статьи С. Сэмпсон пытается ответить на вопрос, насколько революционна та роль, которую играет в странах социалистического лагеря вторая экономика.

В Румынии неофициальная экономика в основном носит преступный характер. Как только официальная экономика оказалась ввергнута в кризис, производство все большего количества товаров и услуг стало переходить в сферу неофициальной экономики. Румынские власти отреагировали на это увеличением административных мер, которыми пытались вернуть это производство под госконтроль, одновременно заставляя граждан обращаться к черному рынку и искать новые пути накопления наличности, заведомо незаконные.

В СССР неофициальная экономика должна была долгое время служить средством пополнения доходов и получения дефицитных товаров и услуг. Любой вид экономических реформ в СССР оказывался в результате ограниченным, так как реформа просто меняла границу между легальной и нелегальной деятельностью неофициальной экономики.

По сравнению с Румынией и СССР Венгрия относится к неофициальной экономике более благожелательно. Неофициальная экономика помогла удовлетворить социальные потребности граждан и служит социальным стабилизатором. Государство здесь не криминализирует неофициальную экономику, чтобы понизить уровень протестной социальной активности. Но чем больше поощряется неофициальная экономика, тем меньше стимулов для эффективной работы в официальной экономике.

Стюарт Генри считает, что вопрос о революционности неофициальной экономики является неуместным, так как экономика сама по себе никогда не бывает революционной, в отличие от социальных движений. Автор статьи предлагает свой ответ на этот вопрос. Он отмечает, что две крупные социальные группы стран социалистического лагеря, крестьяне и рабочие сферы обслуживания, остаются пассивными, так как они извлекают выгоду из неофициальной экономики, чего не могут делать промышленные рабочие, которые тесно привязаны к официальной экономике. Таким образом, в Восточной Европе те, кто полагаются в основном на неофициальную экономику, менее революционны; те же, кто менее способен использовать стратегии неофициальной экономики, являются наиболее революционными. “Мы не должны забывать, – подводит итог своих рассуждений С. Сэмпсон, – что не экономика революционна, а люди”.


(1) Составлено по: Sampson S. "May You Live Only by Your Salary!": The Unplanned Economy in Eastern Europe // Social Justice. Fall - Winter 1988. Vol. 15. № 3-4. Р. 135-159.

(2) Grossman G. A Tonsorial View of the Soviet Second Economy //, Berkeley-Duke Occasional Papers on the Second Economy in the Second Economy in the USSR. Paper № 4 1985. P. 5.

(3) Marrese M. The Evolution of Wage Regulation in Hungary // Hungary: A Decade of Reform. L.: Allen and Unwin, 1981. P. 56.

(4) Wiles P. What We Still Don"t Know about the Soviet Economy // The CMEA Five Year Plans (1981 - 1985) in a New Perspective: Planned and Non-Planned Economies. Brussel: North Atlantic Treaty Organization, 1982.

(5) Galasi P. Peculiarities and Limits of the Second Economy in Socialism (the Hungarian Case) // Papers on Labor Eco-nomics 4. Karl Marx University of Economics, Budapest. Reprinted in: The Economics of the Shadow Economy / Ed. by W. Gaertner, A. Wenij. Berlin. P. 353 - 361.

(6) Henry S. Can the Hidden Economy be Revolutionary? Toward a Dialectical Analysis of the Relations between Formal and Informal Economies // Social Justice. 1988. Vol. 15. № 3-4. Р. 29-54. Реферат этой статьи см.: Экономическая теория преступлений и наказаний. Вып. 2. Неформальный сектор экономики за рубежом. М.: РГГУ, 2000. С. 75 - 83.

(7) O'Hearn D. The Consumer Second Economy: Size and Effects // Soviet Studies. Vol. 32. 1980. P. 226.

(8) См., напр.: Ofur G., Vinokur A. Private Sources of Income of the Soviet Urban Household. Santa Monica, California: Rand Corporation, 1980. P. 70.

(9) Ofur G., Vinokur A. Op. cit. P. 33.

(10) Grossman G. Op. cit.